Make your own free website on Tripod.com

Глава 2. Пушкин и Одесса


Александр Сергеевич Пушкин сразу полюбил Одессу, приехав впервые в 1823 году, продолжал после Кишинёва своё изгнание. Здесь он полюбил Черное море, увидев его впервые, проводил на его берегах много времени. Море привлекало его в любую погоду, и в бурю, и в штиль, его волны и гладь, приливы и отливы, запах морской воды и водорослей, посвящая ему свои стихи. Здесь, у берегов, он чувствовал себя свободным, как и само море, поэтому оно его вдохновляло, и начал разговаривать с ним, как с близким другом. Но Пушкин любил и гулять по улицам города, выглядел очень элегантно с тросточкой, посещал оперный, который тогда назывался Городским, любил увлекать и сам увлекался балеринами, любил одесское солнце, красивых женщин, которыми славилась Одесса. Главной его заботой и работой был роман в стихах, начатый ещё в Кишинёве, 9 мая 1823 года роман-труд, как он его называл, “Евгений Онегин”. Над ним он работал более 8 лет, окончив его осенью 1831 года уже, находясь в Болдино, куда его сослал царь по жалобе графа Воронцова. Вначале роман издавался отдельными главами, в зависимости от их готовности к печати. Первое полное издание появилось в печати в 1833 году, а перед смертью поэта, в 1837 году, второе. Эпиграфом к первой главе, послужило выражение, которое поэт взял из стихотворения, написанного князем Вяземским, где есть такая строчка” И жить торопится и чувствовать спешит”. Мне кажется, что поэт думал о себе, о своей жизни, изгнанию, считая её не долговечной, опережая события, всю жизнь спешил. Этот роман в стихах Пушкин назвал своим трудовым подвигом. Он послужил причиной поворота его творчества к реализму, а затем и всей русской литературы. Жена графа Воронцова, у которого служил писарем А .С .Пушкин, познакомившись с поэтом, часто приглашала его в гости, то на обед, то на ужин, полюбила поэта ещё совсем молодого, имея мужа на 10 лет старше себя. Так,случайно, вспыхнул роман между ними. Елизавета Ксаверьевна получала от Пушкина любовные стихотворения, встречаясь с ним вне дома, на брегах моря. Об этом узнал, обозлившийся муж, и потребовал от государя наказания- отправки Пушкина на Север, в Псковскую губернию, в село Михайловское, которое было родословным его отца. В отместку за все содеянное, поэт сочинил издевательскую эпиграмму на графа Воронцова:


Полу-милорд, полу-купец,

Полу-мудрец, полу-невежда,

Полу-подлец, но есть надежда,

Что будет полным наконец.


Расставание было очень трогательным и печальным, графиня подарила ПУШКИНУ кольцо-печать, которое хранится в музее Пушкина в Петербурге. Поэт назвал это кольцо талисманом, написав стихотворение ”Храни меня, мой талисман”, а кроме того, он написал стихотворения, посвящённые их встречам: “ Она” в 1824г, ”Сожженное письмо” в 1825г, “Прощание” в 1830-1831гг. Каждое из них нежное, прекрасное, полное любви, как по смыслу, так и по звучанию пушкинского великого таланта.

ПРОШЛО уже более 200 лет со дня его рождения, а второй “Пушкин не родился'', и не родится больше никогда в наш жестокий и страшный век! Он был “Северное сияние”, которое к удивлению, как будто бы и не греет, но он сумел обогреть такое количество сердец своей любовью, выраженной его талантом в его произведениях, оставив навсегда потомкам неоценимое богатство. Он заслужил, чтобы его берегли, понимали, лелеяли, как редкостной породы растение, любили и поклонялись его таланту. А фактически вся жизнь прошла со стороны всех, такой безнаказанной и безумно не справедливой, кто окружал и кто спровоцировал его гибель. Будучи чужим в родительском доме, оказался чужим и в своей семье, а для жены нужна была его слава, поклоны царя, и покупка нарядов, не отдавая ничего в ответ. Красота жены не компенсировала её недальновидность, проявленная в отношении к таланту мужа, который так нуждался в её теплоте и понимании. Умирая, он был тоже одинок. Лишь М. Ю. Лермонтов по своей молодости и горячему сердцу и характеру, смог так прекрасно высказать свою боль и боль тех, для кого утрата была так тяжела и невосполнима, как смерть гениального поэта АЛЕКСАНДРА СЕРГЕЕВИЧА ПУШКИНА.

Перед отъездом из Одессы навсегда, А. С. Пушкин посвятил морю прекрасное прощальное стихотворение, которое хочу поместить на этих страницах, учитывая, что читатель получит большое удовольствие и полюбит его также, как и я.


К МОРЮ А. С. Пушкин 1824 год


Прощай, свободная стихия!

В последний рaз передо мной

Ты катишь волны голубые

И блещешь гордою красой.

Как друга ропот заунывный,

Как зов его в прощальный час,

Твой грустный шум, твой шум призывный

Услышал я в последний раз.

Моей души предел желанный !

Как часто по брегам твоим

Бродил я, тихий и туманный,

Заветным умыслом томим !

Как я любил твои отзывы,

Глухие звуки, бездны глас,

И своенравные порывы!

Смиренный парус рыбарей,

Твоею прихотью хранимый,

Скользит отважно средь зыбей:

Но ты взыграл, неодолимый,

И стая тонет кораблей.

Не удалось навек оставить

Мне скучный, неподвижный брег,

И по хребтам твоим направить

Мой поэтический побег !

Ты ждал, ты звал... я был окован;

Вотще рвалась душа моя:

Могучей страстью очарован,

У берегов остался я....

О чём жалеть? Куда бы ныне

Я путь беспечный устремил?

Один предмет в твоей пустыне

Мою бы душу поразил.

Oдна скала, гробница славы...

Там погружались в хладный сон

Воспоминанья величавы:

Там угасал Наполеон.

Там он почил среди мучений,

И вслед за ним, как бури шум,

Другой от нас умчался гений,

Другой властитель наших дум.

Исчез, оплаканный свободой,

Оставя миру свой венец.

Шуми, взволнуйся непогодой:

Он был, о море, твой певец.

Твой образ был на нём означен,

Он духом создан был твоим:

Как ты, могущ, глубок и мрачен,

Как ты, ничем не укротим.

Мир опустел...Теперь куда же

Меня б ты вынес, океан?

Судьба людей повсюду та же:

Где благо, там уже на страже

Иль просвещенье, иль тиран.

Прощай же, море! Не забуду

Твоей торжественной красы

И долго, долго слышать буду

Твой гул в вечерние часы.

В леса, в пустыни молчаливы

Перенесу, тобою полн,

Твои скалы, твои заливы,

И блеск, и тень, и говор волн.


Стихи А. С. Пушкина, посвященные графине Е.К.ВОРОНЦОВОЙ.

1825 год

Сожженное письмо!

Прощай, письмо любви! Прощай, она велела.

Как долго медлил я! Как долго не хотела

Рука предать огню все радости мои.....

Но полно, час настал. Гори, письмо любви.

Готов я; ничему душа моя не внемлет.

Уж пламя жадное листы твои приемлет...

Минуту...вспыхнули! Пылают- легкий дым,

Виясь, теряется с молением моим.

Уж перстня верного утратя впечатление,

Растопленный сургуч кипит....О провидение!

Свершилось! Темные свернулися листы;

На легком пепле их заветные черты

Белеют....Грудь моя стеснилась. Пепел милый,

Отрада бедная в судьбе моей унылой,

Останься век со мной на горестной груди....


ОНА 1824 год

Ненастный день потух; ненастной ночи мгла

По небу стелется одеждою свинцовой;

Как привидение, за рощею сосновой

Луна туманная взошла....

Всё мрачную тоску на душу мне наводит.

Далеко, там, луна в сиянии восходит;

Там воздух напоён вечерней теплотой;

Там море движется роскошной пеленой,

Под голубыми небесами....

Вот время: по горе теперь идет она

К брегам, потопленным шумящими волнами;

Там, под заветными скалами,

Теперь она сидит, печальна и одна...

Одна...никто пред ней не плачет, не тоскует;

Никто её колен в забвенье не целует

Oдна...ничьим устам она не предаёт

Ни плеч, ни влажных уст, ни нерсей белоснежных.

Никто её любви небесной не достоин.

Не правда ль: ты одна...ты плачешь... я спокоен;

......................................................................................

............................................................................. ........

Но если.............


1825

Храни меня, мой талисман,

Храни меня во дни гоненья,

Во дни раскаянья, волненья;

Ты в день печали был мне дан.

Когда подымет океан

Вокруг меня валы ревучи,

Когда грозою грянут тучи-

Храни меня мой талисман.

В уединенье чуждых стран,

На лоне скучного покоя,

В тревоге пламенного боя

Храни меня, мой талисман.

Священный сладостный обман,

Души волшебное светило...

Оно сокрылось, изменило...

Храни меня мой талисман.

Пускай же ввек сердечных ран

Не растравит воспоминанье.

Прощай, надежда; спи, желанье;

Храни меня, мой талисман.


ПРОЩАНИЕ! 1830-1831

В последний раз твой образ милый

Дерзаю мысленно ласкать,

Будить мечту сердечной силой

И с негой робкой и унылой

Твою любовь воспоминать.

Бегут, меняясь, наши лета,

Меняя всё, меняя нас,

Уж ты для своего поэта

Mогильным сумраком одета

И для тебя твой друг угас.

Прими же, дальняя подруга,

Прощанье сердца моего,

Как овдовевшая супруга,

Как друг, обнявший молча друга

Пред заточением его.


И последнее стихотворение, которое мне хочеться напечатать в своей книге, это Михаила Юрьевича Лермонтова.


СМЕРТЬ ПОЭТА

Погиб Поэт!- невольник чести-

Пал, оклеветанный молвой,

С свинцом в груди и жаждой мести,

Поникнув гордой головой!...

Не вынесла душа Поэта

Позора мелочных обид,

...

Восстал он против мнений света,

Один, как прежде.....и убит!

Убит!...к чему теперь рыданья,

Пустых похвал ненужный хор

И жалкий лепет оправдания?

Судьбы свершился приговор!

Не вы ль сперва так злобно гнали

Его свободный, смелый дар

И для потехи раздували

Чуть затаившийся пожар?

Что ж ? веселитесь...он мучений

Последних вынести не мог:

Угас, как светоч, дивный гений,

Увял торжественный венок.

Его убийца хладнокровно

Навел удар... спасенья нет:

Пустое сердце бьётся ровно,

В руке не дрогнул пистолет.

И что за диво ?...издалека,

Подобный сотням беглецов,

На ловлю счастья и чинов

Заброшен к нам по воле рока;

Смеясь, он дерзко презирал

Земли чужой язык и нравы;

Не мог щадить он нашей славы;

Не мог понять в сей миг кровавый,

На что он руку поднимал!...

И он убит- и взят могилой,

Как тот певец, неведомый, но милый,

Добыча ревности глухой,

Воспетый им с такою чудной силой,

Сраженный, как и он, безжалостной рукой.

Зачем от мирных нег и дружбы простодушной

Вступил он в этот свет завистливый и душный

Для сердца вольного и пламенных страстей?

Зачем он руку дал клеветникам ничтожным,

Зачем поверил он словам и ласкам ложным,

Он, с юных лет постигнувший людей?

И прежний сняв венок,- они венец терновый,

Увитый лаврами, надели на него:

Но иглы тайные сурово

Язвили славное чело;

Отравлены его последние мгновения

Коварным шепотом насмешливых надежд,

И умер он – с напрасной жаждой мщенья,

С досадой тайною обманутых надежд.

Замолкли звуки чудных песен,

Не раздаваться им опять:

Приют певца угрюм и тесен,

И на устах его печать.

А вы, надменные потомки

Известной подлостью прославленных отцов,

Пятою рабскою поправшие обломки

Игрою счастия обиженных родов!

Вы, жадною толпой стоявшие у трона,

Свободы, Гения и Славы палачи!

Таитесь вы под сению закона,

Пред вами суд и правда- всё молчи!

Но есть и Божий суд, наперсники разврата!

Есть грозный суд: он ждет;

Он не доступен звону злата,

И мысли и дела он знает наперёд.

Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:

Оно вам не поможет вновь,

И вы не смоете всей вашей чёрной кровью

Поэта праведную кровь!